РОМАНТИКОВ ВЕЧЕРНИЕ РАЗДУМЬЯ

Живою, светлой нитью все переплелось в природе: растительный, животный мир, надежды и людские судьбы. Живое ведь во многом схоже друг с другом. Ранние желтые листья ненасытной осени глухой тревогой, первой седой прядью видятся людям в годах. О невозвратно прожитом вздыхая, годы закатные, сутулясь, исчезают. Вместе с возрастом угасающим пламенем в памяти растворяются близкие и друзья.

Тревожное время заставляет думать о прожитом. Трудной, но радостной оказалась жизнь довоенного и военного поколений — романтическая эпоха мужественного, многолетнего оптимизма, суровой скромности и всенарод­ной веры в светлую мечту. Такие, с восторженными глазами, люди появятся не скоро.

— «Мы наш, мы новый мир построим..», — упрямо надеялись и убежден­но верили газетам, радио, вдохновенно пели на собраниях, митингах и демон­страциях. Порою верили из последних сил. И пламенно любили Родину.

Романтиков называют солью земли, совестью людскою. Светлые люди украшают жизнь, оставляют о себе хорошую память. Не стыдно гордым, с чистым сердцем людям держать ответ за прожитые годы.

Учились, строили заводы и города, растили хлеб и детей, защищали Отчиз­ну свою. Верили в будущее, себя, историю и народ не обманывали. И только к старости узнавали кровавую правду закулисной, непредсказуемой жизни: тайное становилось явным.. То, что издали видится светлым, бесспорным, справедливым, поблизости может оказаться черной кривдой. Глухой, извили­стой да крутогорою дорогой ведут по жизни падчерицу-Правду. У неприкра­шенной, чистой Истины медлительная походка, тихий голос и широко раскрытые, встревоженные глаза.

Отчего люди такие разные, часто не понимают или не хотят, не могут понять друг друга? Что-то изменилось в нас самих. Почему мы так много прощаем себе, и так мало — другим, даже близким? Самоочищение, вопре­ки закоренелому невежеству и эгоизму, постоянные требовательность и недовольство собой — вечная обязанность каждого. Люди губят сами се­бя, словно над ними тяготеет проклятие. С незапамятных времен, изо дня в день, из века в век играет и двоится, лицемерит человек. В чем же тогда его высокое призвание? Неужели для того, чтобы тебя понимали, надо лгать? Зависть ли тому виною, гордыня, наша культура? Или, возможно, что-то еще, более скрытное, безнадежное, так нами и не познанное?! Куда исчезают светлые мечтатели, беспокойные и добрые, порою наивные романтики? Где же святая тяга к повседневному добру, не показное мило­сердие, а сострадание, тихая радость и насущная потребность в них? Какое будущее у народа без тех, кто возвышает его, верит в завтрашний день, защищает правду? Когда человек осмыслит пороки свои? Или такими уже несовершенными созданиями природы и останемся? Порою лишь роман­тики да философы понимают человека.

44

«Романтиков вечерние раздумья»

Опять заводят старую шарманку живущие в теснине и болотах: не верь заядлым оптимистам, не все вокруг так просто и понятно. Мы любим прес­ную, а не острую жизнь, сермяжную правду, но не радость немеркнущих на­дежд и глупые сказки типа «Утопия», «Город Солнца» или «Дон-Кихот»! А чем заканчивают одержимые писаки, дерзкие мечтатели и вечные еретики?? То-то, утверждают всеядные обыватели. Светлая, весьма далекая от жизни теория доверчивых всегда охотно поучает. Строителям воздушных замков, фанатам высоты безбрежной даем бесплатный наш совет: не требуй слишком многое от жизни, почаще думай о земном, отбросив напрочь идеа­лы! Блестящая идея — слепой теории трескучее дитя, с могучей практикой не совместима. Прошлое, настоящее и даже будущее никогда не догадываются о том, что скажет, как поведет себя действительность — этот неподкупный, жестокий экзаменатор любой теории. Удел слепых, романтиков душою юных столетьями сжигать себя напрасно.

Чудес, как в цирке, в жизни нет.

Есть лишь дельцы, глупцы, да прожектеры!

—   Зачем испытывать судьбу, подобно альпинистам, взирать на жизнь с заоблачных вершин? Лишь близорукий дуралей спешит творить добро зада­ром. Поэтому забудется оно назавтра. Бесплатно птички лишь поют. Зачем нам спорить, рисковать, идти вперед, быть переломленным через колено жиз­ни безысходной? Жизнь — это качели, жернова, умение вилять хвостом, если песня, то без звука. Память романтизирует прошлое. Забудь о нравственных долгах, спеши оправдывать себя почаще! Чековая книжка и кредитная кар­точка — есть пик мечты, наши лицо, мораль, культура и духовность!

Что ответить богатеньким, без внутренних противоречий, хозяевам мерт­вых и блуждающих в потемках душ?

—   Неуемные, отзывчивые, самоотверженные верят в добро, призвание и благородство человека, достойно, на пределе, даже больше возможного, несут свою тяжелую ношу. Романтики, честно прожив многотрудную жизнь, любят ее и знают ей цену, их жизнь — подвиг!

—  Денежки любят прибыль, а не принципы! — самовлюбленно напомина­ют безликие мещане да нудные скупцы-крохоборы. — Не голый энтузиазм и цветная безнадежная наивность, а деньги, родимые, к деньгам, богатство, долгожданное, к богатству — это и есть наш золотой век.

Боясь правды, света и высоты, мастера фальшивых улыбок прозябают в своем узком, затхлом мирке. Привыкшие к подземному безмолвью, веками презирая Солнце, не объясняются ему в любви бездушные, слепые черви и кроты. «Живем лишь раз, не сталося бы хуже», «День простоять и ночь про­держаться», «Моя хата с краю..» — философия скудной жизни безнадежных обывателей.

Кто-то осуждает романтиков, утверждая: в каждой избушке свои погре­мушки. Под каждой крышей свои мыши, слышится в их поддержку. Иные называют романтиков сентиментальными, старомодными интеллигентами,

45