ЗАБЛУДШИЙ ТАЛАНТ

Ким Михайлович, профессор истории, увидел во дворе соседку. Недавно мо­лодая чета художников с разговорчивым карапузом поселилась рядом на площадке. Подойдя ближе, он поздоровался, сказал, что живет в двенадцатой квартире, спро­сил разрешения присесть рядом.

—Давайте знакомиться, уважаемая. Как вас зовут?

—  Инна. А вас?

Ответ удивил ее. Он же спокойно пояснил, что время его рождения востребова­ло имена Нинель, Спартак, Октябрина, Марат, Вилен, Ким, то есть — Коммунисти­ческий Интернационал Молодежи. Этими и подобными личными названиями человека эпоха выражала себя, они служили своему народу, прошли сквозь судьбы поколений. Имя — это символический капитал.

«Времена не выбирают, В них живут и умирают», —

негромко добавил он. Моего школьного товарища назвали Эрихом, в честь соседа, немецкого коммуниста,, политэмигранта. Прошлое, что бы ни говорили о нем, жи­вет в настоящем и будущем, испытывает их. Сегодняшние отчества Владленович, Марленовна,, Жоресович и другие взывают ко вчерашним именам-символам.

Инна с мужем занимаются интерьерами фирм и авторским надзором.

—А у ДаниилаГранина есть книга,, которая называется «Клавдия Вилор», — уве­ренно продолжал историк. — Фамилия главной героини книги Вилор означает Владимир Ильич Ленин — Организатор Революции. Так люди выражали свою при­верженность к передовым идеям, революциям и ее вождям.

—  От заумности родителей страдают их дети. Как сейчас глупо звучали бы замысловатые имена: Перестройка, Ваучер или Приватизация!

Прежде чем ответить, он помолчал: они по-разному понимали жизнь.

—История, не зная черновиков и легкого выбора, противоречива. Сегодняшнее, упорно отрицая вчерашнее, живет за счет созданного им.

—Рожденный мечтами романтиков, извращенный правоверными коммунис­тами, социализм погиб в застенках и концлагерях тридцатых годов.

Женский голос звучал вызывающе.

Вчерашний произвол позорит сегодняшнее и мстит завтрашнему, считал Ким Михайлович. Безоговорочно осуждая репрессии, он хорошо понимал необходи­мость строгой дисциплины и порядка в стране. Был культ, но была и личность. Щедрое добро, в отличие от давнего, тяжкого зла, редко вспоминается сегодня.

—У драматической истории много тайн и разное прочтение Лгут,, в угоду сиюми­нутному, горе-историки, — последовало его уточнение. — Черное и белое. подобно клавишам инструмента, выстраданным историческим символом шествуют по земле.

—  Выбирая личное название ребенку, надо учитывать звуковую энергетику име­ни, помнить, что у каждого человека есть свой ангел-хранитель, — прервала она напряженное молчание.

73

—Пожалуйста, пусть ангел хранит и помогает, но главным в жизни являются че­стный труд, порядочность, уважение человека.

Вчера Ким Михайлович поспорил с жильцом своего подъезда,, бизнесменом, три машины которого постоянно ночуют под окнами. Его бультерьер облюбовал для сво­их потребностей клумбу и детскую песочницу. Все крутые новоселы тоже блистают иномарками, скверик во дворе превращен в гараж под открытым небом. Травят и детей, и взрослых. Знак, запрещающий въезд во двор, упорно не замечается, молчат и организации, куда жильцы обращались за помощью. А ведь рядом есть стоянка!

—  Владельцы машин, живущие в нашем доме, — продолжал ученый, — думают лишь о себе, наглым отношением к истине и людям напоминают иных бессовест­ных газетчиков.

—  Ну, это у журналистов профессия, таким хорошо платят.

—  Культура, рожденная знаниями, уважает скромность и достоинство. К большому сожалению, в погоне за деньгами люди забывают о совести и добро­порядочности.

—  За хорошие деньги человек играет любую роль, — сразу же последовало утверждение. — За нарушение морали не судят.

В продолжение вчерашнего спора роскошная иномарка соседа одарила беседующих порцией удушливых газов. Не обратив на них внимания, Инна решила изменить тему разговора.

—Восхищаюсь полотнами Котарбинского «Поцелуй волны» и «Смерть Месса­лины», выставленными в музее. Как прочувствовано лицо утопленника, выброшен­ного волною на берег. А широко раскрытые, застывшие в ужасе, глаза убитой Мессалины! Художник рисует то, что потрясает его. Поэтому на моих пейзажах все­гда цветы.

Днями Ким Михайлович услышал о квартплате: «Плічу, но плачу».. Моральный долг писателей, художников, композиторов выражать действительность, а не пря­таться за спину старины глубокой, прикрываться отвлеченной красотой, изящест­вом слова или звука, убежден он. Реальная жизнь, наполненная суровой практикой, всегда противоречива.

—  Кроме светлых, в жизни много трагических красок Доверчивый народ, безразличный к гибельной судьбе, заменяет протест зрелищами, отчаяньем да «ста­рым другом» — дешевой водочкой и народной «валютой» — самогоночкой. Сама же наглая реклама сорокоградусной, типа «Знаем, любим, потребляем», очень уж близка словам завтрашних кладбищенских памятников: «Помним, любим, скорбим».

Художник оправдывает талант, полученный от Бога, уверена Инна. Ее работы экспонируются на выставках, она довольна ими, их раскупают иностранцы. Осталь­ное вокруг упрямо не замечает. Так легче жить.

—А как же переполненные скорбью «Неутешное горе», мужественный «Отказ от исповеди», трагические «Утопленница», «Не пущу!», множество иных, потряса­ющих полотен?! Талант — это постоянная неудовлетворенность собой, вечный поиск Талант делает человека несчастным.

—  Передвижники и революционеры историей не востребуются! О правде и совести вспоминают лишь в юбилейных поздравлениях и на торжествах, в мему­арах да в статьях, посвященных умершему.

74