3.9. Усиление давления на СМИ и журналистов

Документальные материалы об этом хранятся в архивном деле № 6139 в виде справок, писем и постановлений о газетах и лите­ратуре за май-декабрь 1966 г. объемом 79 листов. В их числе и секретное письмо председателя комитета по прессе СМ УССР М. Бе- логурова от 5 мая с приложением списка книг и брошюр Н. С. Хру­щева из 54 названий, его и о нем за период с 1944 по 1963 гг., для списания по усмотрению ЦК КПУ. А в другом списке — книги и брошюры Хрущева, изданные в СССР за 1957-1964 гг., включая и книгу Хрущева о национально-освободительном движении из его выступлений за 1955-1963 гг. (л. 9).

Многих может заинтересовать и постановление ЦК КПУ от 17 июня 1966 г. о принятии предложения Днепропетровского об­кома КПУ о создании многотиражных газет на трех горно-обога­тительных комбинатах — на Центральном, Южном и Ингулецком.

Решено выпускать их на украинском языке, по одному номеру, объемом на двух страницах, размером в полгазеты "Правда", ти­ражом 1500 экз., с ценой в 1 коп. Другие многотиражки ("Гірник Кривбасу" и "Будівельник") также решено перевести на одноразо­вый выпуск (л. 24).

Заинтересовал исследователей и такой документ от 23 июня 1966 г., как секретное письмо Запорожского обкома КПУ о рассек­речивании многотиражных газет "Машиностроитель", "Нова техні­ка", газет Днепровского ТМК и Запорожского моторостроительного завода, в связи с получением разрешения на освещение в открытой печати работы этих двух предприятий (л. 35).

Интересно было узнать, почему засекречивались документы типа обращения Киевского обкома партии в ЦК КПУ с просьбой увели­чить тираж "Киевской правды" (Письмо от 2.7.66 г.). Эта газета имела утвержденный на 1966 г. тираж 102 000 экз. Обком просил увеличить на 3000 экз., мотивирую тем, что подписавшихся более 100 тыс. Например, на июнь подписалось 101 тыс., а на продажу ничего не остается (л. 38).

14-15 июня 1966 г. через отдел пропаганды и агитации ЦК КПУ прошла совершенно секретная информация о ходе выполнения пос­тановления ЦК КПУ от 1 июля 1966 г. В справке отмечается, что бюро Черновицкого обкома партии в своем решении посчитало ста­тью "Плата за критику", опубликованную в "Рабочей газете" за 31 июля 1966 г., такой, что не соответствует действительному со­стоянию дел, и просило дать опровержение. Проверкой на месте ус­тановлено, что автор статьи, зам. ответственного секретаря газеты Гвоздецкий действительно допустил ряд серьезных неточностей и ошибок. Он поверхностно и односторонне подошел к рассмотрению отдельных фактов, не поговорил со всеми людьми, на которых ссы­лается в статье. Гвоздецкий безосновательно обвинил органы ми­лиции в допросе Степанова, а бюро Хотинского райкома партии одобрило постановление о переселении семьи Степанова из комму­нальной квартиры в дом тестя. Жена Хмелика была переведена на должность еще до появления корреспонденции Гвоздецкого. Бездо­казательно автор ссылается и на высказывания работников райко­ма партии, не называя их фамилий. Кроме того, в корреспонденции допущены и другие неточности и голословные утверждения.

Однако приведенные примеры не давали оснований обкому партии полностью запрещать статью. Во время проверки были установлены факты предвзятого, а иногда и тенденциозного от­ношения к Степанову со стороны отдельных работников райко­ма и редакции районной газеты. За опоздание на работу Степа­нову был объявлен выговор с предупреждением. Зам. редактора по распоряжению редактора газеты ездил в Хмельницкую область за данными об образовании Степанова. Несмотря на то, что жену Степанова увезла "скорая", ему в редакции не оплатили больнич­ный бюллетень. Во время болезни Степанова его жену вызывали в горсовет и предлагали переехать из коммунальной квартиры из одной комнаты, где он жил 11 лет. Дошло до того, что первому секретарю райкома партии Макаренко докладывали, где, когда и с кем обедает Степанов. Жена Степанова, член партии, побывав на приеме Макаренко и почувствовав его негативное отношение, предложила мужу подать заявление об увольнении по собственно­му желанию. Степанов увольняется с работы 16 марта. Потом его здоровье ухудшилось, и он лег в больницу, а 22 сентября 1966 г. он умер. Из редакции никто не проведал Степанова в больнице и никто не приехал на похороны. Даже венок от редакции не был возложен (л. 43).

Итоги проверки были обсуждены на специальном совещании в Хотинеском райкоме партии 27 сентября 1966 г., на котором при­сутствовал член редколлегии "Рабочей газеты" Валько, собств. кор. этой газеты по Ивано-Франковской области Пащенко, автор статьи Гвоздецкий, инструктор Черновицкого обкома, секретари райкома и др. Ряд других фактов невозможно было проверить, поскольку Степанов умер, а директор автопарка Сарана переехал на работу в Молдавию. Одновременно выяснилось, что инструктор обкома партии Фостий, который проверял статью "Плата за критику", не разговаривал ни со Степановым, ни с его женой и в своих выводах неверно настаивал на том, что Степанов плохой работник. Целый ряд фактов свидетельствует, что Степанов, имея 17-летний стаж газетной работы, справлялся со своими обязанностями. О последс­твиях проверки был проинформирован секретарь Черновицкого об­кома КПУ Курила В. И., который заявил, что обком не настаивает на публикации опровержения. Зам. отв. ред. Логвиненко заявил, что Гвоздецкому за такое отношение к подготовке корреспонденции "Плата за критику" объявлен выговор (л. 45).

10 сентября 1966 г. в секретном протоколе № 13 в решении "О корреспонденции П. Гвоздецкого "Плата за критику" бюро об­кома решило: 1. Признать корреспонденцию "Плата за критику" не соответствующей действительности. 2. Довести до ведома ЦК КПУ, что спецкор Гвоздецкий сомнительно подошел к подготовке корреспонденции. 3. Просит редактора "Рабочей газеты" дать на эту корреспонденцию обоснованное опровержение 4. Справку на­править в ЦК КПУ (л. 47). По мнению сектора внешнеполитичес­кой информации, статью печатать нецелесообразно по тактическим соображениям, в частности, учитывая политическую ситуацию, ко­торая сложилась сейчас вокруг личности Иосифа Слипого. Об этом редакция газеты уведомлена через ЦК ЛКСМУ (л. 50).

В свободном переводе на русский статья выглядит так. В ней критикуется союзническая связь с украинскими буржуазными на­ционалистами на западноукраинских землях со времен империа­лизма, 20-30-х годов, Шептицкого и Ватикана, в частности, пос­тулаты католичества об Иисусе Христе и частной собственности. Приводится список вожаков национализма от Коновальца до Гри- ньоха. Статья без ссылок на документы. Она пестрит фамилиями клерикалов. В критике Слипого приводятся примеры 20-30-х гг., в том числе по Виннице, а также события 1941 г., когда хату Про­копа Ткача, что недалеко от церкви, националисты превратили в тюрьму (л. 60). Критика злодеяний без документальных доказа­тельств, но с названиями сел и фамилий винничан. Обвинения в том, что они стреляли в спину советским войскам, отступающим в тыл. Так, при критике иезуита миссионера Черногуза Семена автор статьи ссылается на старожил села Берегомети Винницкой области, которые помнят его преступления в годы войны (л. 52). Критику­ются священнослужители Украины, уехавшие в США, Канаду и Аргентину, за их деятельность. В заключение делается вывод о бес­перспективности религиозной идеологии, ненависти к Советскому Союзу, обреченным на провал (л. 63).

До конца 1966 г. продолжалась работа по созданию многотираж­ных газет на предприятиях, в частности, на киевском заводе ЭВМ, на шахтах Донбасса. Многотиражки перемещались с шахты на шахту с сохранением их прежних названий, объема, языка, цены и периодичности. На листе 71 перечислены восемь многотиражек шахт, стройуправлений, электростанций. Причем при финансиро­вании газет и утверждении штатов полагалось руководствоваться постановлением ЦК КПУ от 6 апреля 1966 г. "О штатах и ставках зарплаты работников редакций газет и местного радио" (л. 71).