3.8. Творческая интеллигенция под строгим надзором спецслужб

Документы об этом хранятся в деле № 6143 фонда № 1 ЦАООУ под названием: "Письма в ЦК КПСС, справки по вопросам культу­ры, 1-ІХ-1966 г." 15 апреля 1966 г. в ЦК КПУ на имя Скабы А. Д. поступила информация от службы госбезопасности Украины, под­писанная Никитченко, о настроениях в среде писателей после про­ведения 26 марта писательских собраний и накануне V съезда пи­сателей, который состоялся в мае. Но ЦК КПУ принял решение о переносе съезда на ноябрь и на пленуме Союза писателей Украины (СПУ) было принято решение избирать делегатов не один из четы­рех, а в связи с переносом собирались все писатели как делегаты съезда. Спецслужба информировала КПУ о тех вопросах, которые могут затронуть писатели на своем съезде: о неудовлетворительном руководстве работой театров со стороны министерства культуры, о неправомерной практике в деятельности президиума СПУ, изда­тельства "Радянський письменник" и др., которые выпускали мно­готомные издания узкого круга лиц. Далее в источнике говорится: "По вашему поручению дополняем справку об этих двух вопросах. 1. В связи с критикой Министерства культуры УССР на XXIII съез­де КПУ по руководству театрами оно разрабатывает меры по улуч­шению, о которых сообщим позже. 2. Президиум СПУ и издатель­ство не всегда объективно подходят в деле выпуска многотомных книг, сочинения некоторых писателей выходили часто и больши­ми тиражами" (л. 3). Специалисты невидимого фронта подчерки­вают такие недостатки: издаются не избранные и лучшие работы, а все, что написано; произведения Смолича, Собка и Збанацкого отодвигаются, хотя о них были позитивные отзывы литературной критики. В справке приводится такой пример: за период с 1959 по 1966 гг. были изданы 6-томные сочинения Смолича Ю. К., Соб- ка В. М. и Тычины П. Г.; 5-томные Малышко А. С., Панча П. И., Стельмаха И. П.; 4-томные Гончара О. Т., Збанацкого Ю. О. Сейчас издается 5-томное издание Гончара О. Т., Збанацкого Ю. О. и Кор­нейчука О. Э. "Если идти так дальше, — советуют они, — то через два-три года потребуется планировать 6-томные издания, а еще че­рез такой же срок 7-томные". Поэтому рекомендуют договориться с президиумом СПУ, с комитетом по прессе при СМ УССР о том, что прижизненные издания писателей не должны превышать 2-3 томов избранных, лучших сочинений. Об этом говорят читатели, книго­торговцы, этого требует жизнь, отмечается в Справке (л. 4).

16 июня 1966 г. из этого же ведомства в ЦК КПУ поступает информация о так называемой "Україніане" литератора Назарен­ко Ю. И., в которой предлагается создать комиссию для изучения этих библиографических документов, а Комитету по рассекречива­нию СМ УССР и книжной палате поручить улучшить ежегодные издания. Для этого при Книжной палате создать отдел обмена биб­лиографией с республиками Советского Союза и стран соцлагеря и добиться рентабельности изданий. "Это будет та же "Україніана", которую собирает Назаренко, но только на более высоком научном и методическом уровне, аргументируют авторы информации. Пред­лагается также поручить Центральному госархиву, музею литера­туры и искусства УССР, который создается, начать сбор необходи­мых материалов.

22 апреля 1966 г., чтобы переименовать или наградить Никола­евский судостроительный завод им. Носенко, местный обком КПУ представил такие обоснования, что на нем работал Шверник Н. М., Артем (Сергеев), Петровский Г. И., представил трехстраничное сек­ретное прошение. Зав. сектором оборонной промышленности ЦК КПУ готовил положительную справку для ЦК, а тот направил прошение в ЦК КПСС, дополнив хозяйственными показателями завода.

2 сентября 1966 г. секретарь Киевского горкома КПУ В. Бой- ченко направил Шелесту "Докладную записку" с информацией о том, что 30 июня 1966 г. прокуратурой Киева закончено следс­твие по уголовному делу руководителя киевской группы так на­зываемых "прокопьевцев", которые в нарушение законодательства о религиозных культах систематически проводили преступную деятельность, направленную на организацию и проведение неза­конных собраний и церемоний религиозного характера, нарушая общественный порядок. Эта группа сектантов занималась также изготовлением и массовым распространением писем, обращений и другой нелегальной литературы, которая полностью проникнута враждебными утверждениями, что в нашей стране не выполняют­ся конституционные принципы, верующие преследуются только за их религиозные убеждения. В записке также утверждается, что вследствие преступной деятельности руководства группы "проко- пьева" в Киеве и на его окраинах систематически происходили бес­порядки, в местах отдыха развешивают религиозные и антисоветс­кие плакаты, группируют вокруг себя людей, среди которых много малолетних и школьников, и провоцируют религиозные отправле­ния и политические митинги (л. 53).

Их предупреждали, докладывается в записке, но они отвечали еще более активными действиями, а некоторые из них участвовали в антиобщественных вылазках в Москве. Далее в документе на двух листах приводятся фамилии привлекаемых к уголовной ответствен­ности шести человек, их паспортные данные как киевлян с указа­нием ст. 138, ч. 2 УК УССР, по которой они обвиняются.

Привлекаемые к ответственности имели большой авторитет сре­ди "прокопьевцев" Киева и области. Кроме этих характеристик, от­дельными абзацами представлены их конкретные действия. Так, Кондратенко — благовестник центра "Совета церкви". Только за последний год он распространил идеи церкви и лидера в Кировогра­де, Бресте, Одессе, Ростове, Львове, Ровно, Луцке, Владивостоке и Новосибирске.

Величко, Оверчук и Чечик — официально без должностей, но поддерживают политику центра, активно проводят ее в Киеве и области. Они возглавляют пропагандистскую и организационную работу по созданию эксцессов, депутации, массовые собрания, печа­тание нелегальной литературы, анонимные письма, обучение детей религии в специальных школах.

Журило в годы Великой Отечественной войны пребывал на вре­менно оккупированной территории, потом попал в Германию, позже во Францию, там принял водное крещение. Возглавлял за границей группу баптистов. Из американской зоны оккупации Германии вер­нулся в Украину, где возглавил группу баптистов в Киеве и селах. В последнее время был пресвитером Подольской киевской общины баптистов "прокопьевцев". После этой характеристики в документе изложена позиция официальных властей.

Общественные организации города, а также трудовые коллек­тивы разными средствами влияли на обвиняемых, но фанатизм группы превратился в активную проповедь антиобщественного от­ношения к закону и советской власти. Оверчук, недовольный соцза- конностью и не желая подчиняться закону, даже просил загранич­ное гражданство. Предполагается слушание дела 19-26 сентября 1966 г. в помещении народного суда Октябрьского района г. Киева под председательством члена Киевского облсуда Мацко Ю. И. Пред­ставителем гособвинения назначен зам. прокурора г. Киева Сурко­ва В. В., помещение рассчитано на 100 человек, 60 из которых зай­мут свидетели, а на остальное пригласить группу пропагандистов, атеистов, которые ведут индивидуальную работу среди "прокопьев­цев". От защитников отказались ввиду того, что адвокаты все ате­исты. А обвиняемый Бондаренко заявил на следствии, что намерен подать суду ходатайство об адвокате баптисте. (Л. 58).

В этом же архивном деле хранятся еще два документа со ссыл­кой на КГБ УССР от февраля и мая 1966 г. Первый о том, что Ни- китченко информирует ЦК КПУ о настроении среди населения и, в частности, в среде творческой интеллигенции в связи с судебными процессами над Синявским и Данелем в Москве. Второй — об ин­формации Никитченко о состоянии дел в правлении Союза худож­ников УССР и настроении среди художников. Так, в первом отмеча­ется, что процесс широко обсуждается в союзе на общих собраниях писателей Киева при обсуждении съездовских директив, а также на общем собрании были осуждены антисоветские действия Синявско­го и Даниеля. Собрания состоялись во всех отделениях и филиалах. Делегаты съезда выступали по радио и телевидению и говорили о роли литературы в строительстве новой жизни. В периодичес­ких изданиях Союза писателей, в частности, в газете "Літературна Україна", вышли статьи В. Козаченко "Гордое имя коммунист", Збанацкого и Кондратенко "С народом и для народа", а также Шо- лохова и Маркова — их выступления на XXIII съезде КПСС, в ко­торых осуждалось двурушничество (л. 61). (Документ подписан зав. отделом науки и культуры ЦК КПУ.)

За его же подписью во втором документе для Шелеста говорит­ся, что отдел рассмотрел по его поручению информацию КГБ и его руководителя Никитченко о состоянии дел в Союзе художников УССР и настроении отдельных лиц. Так, в период с 10 по 16 мая проведено два заседания президиума правления Союза, на которых обсуждались организационные и творческие вопросы, проведен пе­ресмотр работ, которые готовятся художниками Киева к выстав­ке в честь 50-летия советской власти. 18 мая состоялось открытое партсобрание коллектива столичных художников, где с докладом выступил секретарь ЦК Скаба. На собрании обсуждались вопросы идейно-воспитательной работы, определены пути дальнейшего раз­вития изобразительного советского искусства, исходя из постанов­лений съездов. Сейчас президиум правления СХУ проводит подго­товку к съезду художников, будет решаться вопрос об укреплении руководства (л. 62).