ГРЕЧЕСКОЕ ПРАВО

Формирование права греческих городов-государств

Около 1500 г. до н. э. народы, населявшие районы вокруг Средиземного моря, посвятили себя изучению вопроса: каким образом для орошения земель можно было бы в целях более интенсивного ведения сельского хозяйства, а также самих работ по возделыванию земель использовать выпадаемые в зимнее время дожди, с тем чтобы обеспечить естественный круглогодичный сбор урожаев. Благодаря такому подходу возникли предпосылки, которые давали возможность обеспечить продуктами гораздо большее количество населения в до этого малонаселенных или даже совсем незаселенных районах.

В эпоху Великого переселения народов на полуострова и островные зоны Средиземного моря с севера и востока пришла масса переселенцев, что привело к интенсивному развитию культуры в этих районах, ранее лишь в незначительном количестве заселенных племенами охотников и рыболовов с примитивно развитым сельским хозяйством. Последним звеном в цепи этой колонизации стал приход греческой культуры, которая совместно с римской сыграла самую значительную роль в истории западных стран.

Культурный мир древних греков отличался необычным сочетанием единства и многообразия. Центром этой культуры было Эгейское море, корабли и гавани которого объединяли греческие племена в одно культурное и экономическое сообщество со своими естественными границами: на востоке - вдоль прибрежных гор ближневосточного высокогорного плато, на юге и западе - по открытому морю, на севере - вдоль горных цепей Балкан. Одновременно с этим греческие племена разбивались на бесчисленное множество меньших или больших самостоятельных политических единиц в зависимости от географических условий того или иного района. Мысы и морские бухты, полуострова и острова были разделены горами, и даже плодородные долины, раскинувшиеся на греческих полуостровах, и те были разделены горными цепями. Такой же была картина и в тех западных районах Средиземноморья (южная Италия и Сицилия), к которым греческая экспансия подобралась вплотную. Таким образом, получалось, что в данном случае имелось некое ограниченное пространство, как бы самой природой предназначенное для заселения его любой группой переселенцев с тем, чтобы они могли развиваться дальше, увеличиваясь количественно и, соответственно, наращивая свою военную и политическую мощь. Господство над большими территориями могло быть выиграно исключтельно с помощью морской мощи, однако такое превосходство редко когда могло обеспечить создание и сохранение постоянно функционирующих политических единиц (структур). Здесь требовался иной подход - обеспечение продолжительного во времени господства путем постоянной оккупации самой страны с помощью более совершенной военной системы. Впервые такая система была создана в северной Греции македонцами под предводительством Филиппа и его сына Александра Великого (356-323 гг. до н. э.), явившихся создателями новой, более современной стратегии ведения войны на суше, которая и сделала Грецию такой сильной политической единицей.

В эпоху существования мелких греческих городов-государств вплоть до вторжения в Грецию в 300-х годах до н. э. македонцев, представлявших в ту эпоху господствующую структуру, в Греции процветала высокоразвитая научная и общественная культура, характеризовавшаяся богатым сочетанием многообразия и единства. Особенно большое значение для будущего развития культуры западных стран имели крупные успехи как в гуманитарных, так и в общественных и естественных науках. С историко-правовой точки зрения, значение полицейских, политических и социально-организационных структур греческих городов-государств заключается в том, что они заложили основу для открытия дебатов и формирования понятий, относящихся к науке о государстве и праве, которые до сих пор по-прежнему продолжают служить для нас основой для размышлений в этой области знаний.

Уже в самой природе противоречий между греческими городами-государствами была заложена возможность возникновения и развития большого количества самых разнообразных государственных и конституционных форм. Различного рода обстоятельства локального характера приводили к разным методам решения тех или иных вопросов. В эту эпоху в Греции вообще не было никакой необходимости в применении жестких мер в целях абсолютного подчинения своих граждан самодержавному господству власти, как это имело место в Египте и Вавилоне. Из существовавших тогда в Греции основных принципов социальных отношений между ее гражданами и соответствовавшими им государственными правовыми нормами могли развиться и развивались самые различные системы.

Когда эти греческие племена (самое позднее во время вторжения дорийских переселенцев в южные районы Греции в XIII в. до н. э.) начали основывать свои государства, они в качестве исходного пункта использовали три древнейших института государственного права, по всей вероятности, имевших общее индоевропейское происхождение, а именно: царь, совет старейшин и народное собрание. Такого рода институты, как об этом уже упоминалось, были типичны для родового общества, и в этом смысле они отражали потребность племенного общества в наличии общественной организации, которая могла бы функционировать в качестве основы для принятия соответствующих политических и военных решений, имевших непосредственное отношение к коллективу в целом. Царь в таком обществе олицетворял собой высшую военную власть и выступал в качестве полководца; совет старейшин состоял из вождей родовых обществ, а народное собрание формировалось из мужчин, способных Держать в руках оружие, и в этом смысле оно, следовательно, отождествлялось с войском племени. По мере дальнейшего роста этих институтов, усиления их мощи за счет древних традиций и упрочения правовых норм они постепенно становились доминирующей силой в политической жизни общества периода родового строя. И даже в тот период, когда родовое общество начало играть в жизни племени менее важную роль и вместо принадлежности ко всему племени ("народу") или городу вынуждено было оставить за собой лишь статус первичной, низшей структуры племени, эти институты власти начали создавать базу для политических и, следовательно, государственно-правовых и конституционно-правовых систем. Теперь уже выборы членов совета старейшин начали производиться не в привязке к входящим в племя родам, а совершенно по иному принципу. Кроме того, все упомянутые выше институты власти, а вместе с ними и постоянно существовавшая между ними натянутость отношений, связанная с политической ответственностью каждой из трех властных структур, как мы это увидим ниже, будут характерны и для европейского государственного права вплоть до возникновения парламентской демократии, которая наконец-то устранит королевскую власть как самостоятельный фактор в государственной жизни.

Общество города-государства периода родового строя с его тесными взаимоотношениями между людьми и надежно закрепленными условиями труда со временем избавило себя от той подчиненной роли, которая служила основой социальной структуры. Вместо этого в роли первичной социальной группы стала выступать большая семья. Те же самые факторы стали предпосылкой возникновения государственно-правовой системы, которая поставила себя нал принадлежностью к племени, т. е. над его членами. Таким образом, в большей или меньшей степени дарованная гражданам щедрость стала для греческих городов-государств отправной точкой для развития правовой системы греческого общества.

Для того чтобы обеспечить городу-государству возможность эффективного функционирования в качестве самостоятельной политической, военной и правовой единицы, необходимо было создать достаточно сильную во всех отношениях структуру, которая могла формироваться на базе любого из трех упомянутых ранее основных государственно-правовых институтов, т. е. института королевской власти, совета старейшин и народного собрания. Греки проявили в этом отношении весьма большую изобретательность как в области теоретических философских размышлений о наилучших формах государственного правления, так и в практических экспериментах. Так, известный древнегреческий философ Аристотель (384-322 гг. до н. э.), создавший учение о детерминированном и эволюционном путях развития правового государства, утверждал в нем, что каждое государство в своем развитии непременно должно пройти соответствующие стадии: монархию, аристократию (господство родовой знати), олигархию (господство узкой группы богатых лиц), тиранию и, таким образом, дойти, наконец, до демократии.

Так же, как и Платон, Аристотель оказал огромнейшее влияние на мышление западных цивилизаций. Он придерживался идеалистических взглядов на государств0 и его законы. По его представлениям государство являло собой некое доброе начало, исключительной целью которого было достижение нравственных жизненных устоев, опиравшихся на добродетели. По мнению Аристотеля, наилучшей с теоретической точки зрения формой государственного устройства, которую можно бы было создать за счет добродетели, является монархия, при которой никакая сила не смогл-а бы одолеть мудро и благочестиво управляющего своим государством монарха. Демократические формы правления он, наоборот, отрицал. Такие государства, считал Аристотель, управляются демагогами, которые вместо того, чтобы стоять на страже старых добрых законов, создают новое пра^°> формируя его на базе всевозможного рода временных и сОвеРшенн° произвольных законодательств, что ведет к беззаконию и деспотизму. Аристотель различал случайные (ме^лу законом и декретом) путем голосования принятые реш^ния- Размышляя, он пришел к выводу о том, что максимально реальной формой государственного устройства должна (?ыть смешанная конституция, представляющая собой симбэиоз олигархии с демократией и обеспечивающая сохранение основных принципов обеих, т. е., с одной стороны, качества, а с другой - количества. Такая форма предложенного ил* государственного строя, которую Аристотель называл "г"юлитией" (politeia - умеренная демократия), по его мнению, поняла бы на благо всего общества.

Таким образом, в соответствии с утверждениям^ Аристотеля, предпочтительными формами государственного устройства являются монархия, аристократия и у меренная демократия (полития), нежелательными - тирания, олигархия и демократия. Объяснением его негативного о^ношения к демократии, по всей вероятности, следует считать то обстоятельство, что ему лично пришлось пережить» падение афинской демократии.

Аристотель прежде всего благодаря Томасу Акви НУ и Гуго Гроцию сыграл значительную роль в развитии естественно-правовой идеологии в эпоху Средневековья и Нового времени. Во многих своих произведениях Аристотель г^однимал вопрос о "естественном праве", а в одном из них и о тгак называемой "Никомайской этике" (Nikomaiska etiken), где °н лает следующее определение естественного права: "Естес твенным правом является любое право, которое действует повсеместно и не зависит от того, считают ли его люди действующим или нет". Утвердительное (= действующее) права в данном случае воспринимается людьми в качестве составного феномена естественного права, с одной стороны, и права, устанавливаемого человеком, - с другой. Таким образом, Аристотель рассматривал естественное право не только как идеал, но и как фактически действующее право. К естественному праву Аристотель приравнивал "Учение о справедливости" ("Laran от billigheten"), поскольку справедливость как таковая являлась для него вечной и поэтому неизменной истиной.

Аристотель был одновременно и общественным мыслителем и ученым-природоведом. Древнегреческий философ Платон (427-347 гг. до н. э.) и другие ведущие философы Афин, наоборот, занимались проблемами, в первую очередь касавшимися государственной жизни. Так, например, Платон развивает свои взгляды на проблемы государства и права в трех известных диалогах, а именно: "Государство" ("Politeia"), "Политики" ("Politikos") и "Законы" ("Hoi Nomoi"). Разочаровавшись в афинской демократии, Платон в своем диалоге "Государство" дает наброски о некоем идеальном обществе, в котором справедливость, по его мнению, должна находиться под защитой государства, обеспечивающего четкое распределение прав и обязанностей между различными классовыми структурами общества. Эти права и обязанности, согласно учению Платона, должны возлагаться на граждан не как на отдельных индивидуумов, а в зависимости от тех функций, которые они выполняют в государстве.

Аля надзора за соблюдением справедливости необходим специальный штат надзирателей, или "сторожей" (fylakes), которые, в первую очередь, назначались из самих правителей (archontes). Эти люди, которые одновременно являлись философами, и должны были, по мнению Платона, управлять своими гражданами и наблюдать за соблюдением принципа справедливости. Никаких письменных законов в этом случае не требовалось. Платон утверждал буквально следующее: "Таким, записанным на бумаге законам не будут ни подчиняться, ни охранять их". Закон - это то же самое, что личные желания правителя-философа, которые всегда должны определяться согласно его, правителя-философа, разуму и интеллекту. Тот факт, что соблюдение норм справедливости требует использования наблюдателей, или "сторожей", признавали также и римляне, которые эту необходимость выражали вопросом: "Ouos custodet ipsos custodes?" (А кому сторожить сторожей?). Проблема вечная и до сих пор не разрешенная.

В диалоге "Политики", представляющем собой связующий мостик между "Государством" и 'Законами", Платон развивает мысль о том, что наилучшая ситуация не та, в которой законы характеризуются абсолютным господством, а та, где государством управляет мудрая и сильная личность. Что же касается изложенных в письменной форме правовых норм, то они должны рассматриваться в виде второстепенной альтернативы. Кроме того, любой письменный закон не является совершенным инструментом, так как сама форма их выражения всегда имеет лишь общий характер и поэтому письменные законы не в состоянии охватить всю массу возможных изменений и нюансов общественной жизни.

Платон был одним из тех немногих философов, которому представилась возможность приложить свои теоретические выкладки непосредственно к практической политике. Так, например, он в качестве консультанта был приглашен на Сицилию ко двору греческого правителя Диониса с поручением провести там государственные реформы. Однако реформаторские попытки Платона закончились неудачей. Его реформы оказались слишком непрактичными, и он в глубоком разочаровании отказался от поручения.

Потерпев неудачу в намерениях создать идеальное государство на основе своих принципов, Платон в диалоге 'Законы" вновь дает картину создания, по его мнению, на этот раз лучшей формы государственного устройства. В этом диалоге он изменил прежние утверждения, заменив их новыми, в частности, идеей о том, что повиновение закону является лучшим средством для достижения единства и социальной гармонии в обществе. В этом диалоге он говорит букьально следующее: "Закон - это то же самое, что здравый смысл, тот самый здравый смысл, который исходит от Бога и, следовательно, сам закон тоже исходит от Бога". Отсюда следует, что, если за основу происхождения считать только что упомянутый выше источник, то в этом случае любой закон приобретает абсолютный авторитет.

Согласно Платону, каждый закон должен предваряться соответствующим вступлением, в котором должна даваться оговорка о том, что данный закон находится в полном соответствии с основополагающим принципом, на котором покоятся устои общества. Задача такого вступления заключается в том, чтобы убедить граждан как в справедливости, так и в здравости смысла предъявляемых законом предписаний.

Однако признание большой значимости заслуг Платона общественной мыслью западных стран впервые пришло к нему гораздо позже, во времена Средневековья.

Принципы афинской демократии, развитие которой происходило на глазах у Аристотеля как раз в тот период, когда он создавал свои теории о государственном устройстве, оказывали на будущие поколения западных стран в течение всего последующего периода настолько важное влияние в качестве источника вдохновения для формирования государственной жизни, а с точки зрения юридической техники эти принципы оказались настолько интересными, что нам придется несколько ближе познакомиться с этой темой.