§ 1.2. Первой была натурфилософия

данном случае излишни. Следует лишь отметить, что оправда­ние узаконенного грабежа и маниакальное пристрастие к эксплу­атации (узаконенному грабежу трудящихся) нормальный человек не может считать венцом развития общественного строя.

Эксплуатация - это источник всех несчастий, которые несет капитализм трудовому человеку и одновременно - антагонисти­ческое противоречие между трудом и капиталом, которое делает людей неравноправными. Неравноправность и эксплуатация суть атавизмы рабства и феодализма, которые, несомненно, подлежат устранению. Но эксплуатация-грабеж является содержанием и сущ­ностью капитализма, поэтому она может исчезнуть только после исчезновения самого капитализма, или после его замены более прогрессивной общественной формацией. А до замены - неизбеж­на борьба между трудом и капиталом. Все мы являемся свиде­телями этой борьбы.

Существование борьбы за устранение капитализма обнадежи­вает, что наметившаяся историческая закономерность смены об­щественно-экономических формаций будет осуществляться и в перспективе. Борьба большей части общества за устранение по­роков капитализма является насущной необходимостью, ибо без нее вполне возможна беспредельная стагнация капитализма во времени вместе со всем множеством его пороков и его звери­ной человеконенавистнической сущностью. При этом не исключе­ны откаты культуры и познания в состояние средневековья.

Рецедивы возвращения к варварству в истории общественно­го развития широко известны. Прежде всего это всеми признава­емый упадок античной науки и культуры в средние века, когда существовало безраздельное господство религиозной идеологии. Церковные фанаты глушили всякую свежую мысль. Для "торжест­ва" Божьей благодати в этот период Святой инквизицией были сожжены тысячи еретиков. Не меньшая жестокость проявлялась и в более позднее время. В данном случае уместно сравнить жестокость церковной инквизиции с варварством немецкого фашиз­ма, создавшего душегубки и множество лагерей смерти.

Пленники фашистских лагерей, путем принуждения и нече­ловеческих условий существования, доводились до состояния, пол­нейшего безразличия, поэтому они сами организовывали процесс сжигания самих себя в печах крематориев. Об этом варварстве фашистов человечество должно помнить всегда, помнить неза­висимо от степени интеллектуального развития для того, чтобы не допустить рецидивов подобного зверства. При этом необходи­мо также помнить, что фашизм - это симбиоз национализма и капитализма и, чтобы воспрепятствовать возрождению этого чу­довища, человечеству необходимо избавиться от его составляющих.

Обращение к истории человеческой цивилизации позволяет выявить тесные связи, существующие между социологией, исто­рией и теорией познания (гносеологией). Соотношения между от­меченными отраслями знания подтверждают принцип всеобщей связи явлений. Благодаря этому принципу отдельные явления, ка­залось бы далекие друг от друга, могут существенно изменять ход тех или иных явлений, на первый взгляд кажущихся независи­мыми. Так, степень познания природы существенно зависит от общественных формаций, в которых осуществляется процесс поз­нания и, конечно же, от степени развития той или иной формации.

В первобытной общине, например, где знания и навыки пе­редавались от поколения к поколению в устной форме, не могло быть какого-либо окончательного взгляда на мир: для этого прос­то не было подходящих условий, где могли бы храниться накоп­ленные знания. И только с возникновением рабовладельческих государств, такие условия появились внутри различных культовых объединений. Жрецы становились философами и их знания о ми­ре неизбежно имели религиозно-мистических характер.

Постепенно знания совершенствовались. В Древнем Египте за три тысячи лет до нашей эпохи возникают противоборствую­щие материалистические и идеалистические течения. Имеются также сведения, что аналогичные тенденции существовали и в Древней Индии в конце второго и начале первого тысячелетия до нашей эры. Обладателями знаний были философы. Знания древ­них философов, хотя и опирались на довольно обширные сведе­ния, были весьма наивными. Более системно, глубоко и осмыс­ленно представляли мир философские школы античной Греции.

В наше время древних философов называют натурфилосо­фами. Это название связано с удивительным способом исследова­ния природы, который из множества приемов познания мира включал только наблюдение явлений, вещей и предметов и тща­тельный анализ увиденного. Натурфилософы познавали мир мето­дом непосредственного созерцания. Совместно с методом проб и ошибок метод созерцания все же позволял создать наивно-ми­фическую картину мира в целом, притом средствами, вполне до­ступными древним.

Познание природы путем созерцания вполне объяснимо. Степень развития человеческой цивилизации в древности, будь это Китай, Индия, Египет или Греция, была очень низкой. Кро­ме того, экономика рабовладельческого строя с его непрерывны­ми войнами и переселениями целых народов не могла обеспе­чить благоприятных условий для проведения научных исследова­ний. И все же, несмотря на неблагоприятную ситуацию для раз­вития науки в древности, первые шаги в познании природы сде-

лала философская мысль. Природа в образе человека начала поз­навать сама себя.

Именно из созерцания, не подкрепленного опытом, происте­кал наивно-мистический характер знаний на заре развития науки. Мистическая составляющая знаний была обусловлена религиозно- идеалистическим мировоззрением древних. И все же древние муд­рецы, наблюдая согласованное, гармоничное сочетание явлений природы, правильно поставили один из главных вопросов естес­твознания: из чего состоит весь мир? После постановки этого воп­роса обозначился путь для поиска первоначала вещей и объек­тов, наблюдаемых в природе.