§ 6.6. Энергия и материя

Ньютон не употреблял слова энергия. Во времена Ньютона представление об энергии не существовало [44, с.23]: "Ньюто­новской механике еще чуждо понятие работы и энергии.". Но понятие энергии как характеристики и меры движения все же связно с представлениями Ньютона, в частности, с понятием си­лы. Как свидетельствует Я.М. Гельфер [44, с.28], описывая ис­торию представлений об энергии, Г. Лейбниц уже в 1686 г. поль­зовался термином «живая сила», подразумевая под этим поня­тием гюйгенсово произведение m v2.

Лейбница поддержала группа ученых (Эйлер, Рихман, отец и сын Бернулли и ряд других). Идея Лейбница получила даль­нейшее развитие в работах Иоганна Бернулли [44, с.32]: "В те­чение долгого времени держались убеждения, что количество движения, т. е. произведение массы на скорость является мерой силы этого тела. Происхождение этого заблуждения ... от того, что смешивали природу мертвых сил с природой живых сил. Первым, кто заметил, что эта сила вовсе не равна произведению массы на скорость, а что ее мерой является произведедение мас­сы на квадрат скорости, был Лейбниц".

Становление понятия энергии в историческом плане было длительным и трудным. Название "энергия" впервые было ис­пользовано англичанином Т. Юнгом в 1807 г. [44, с.85]: «Словом "энергия" следует обозначать произведение массы или веса те­ла на квадрат числа, выражающего скорость». Это понятие Т. Юнг заимствовал, вероятно, у Аристотеля, обозначавшего гре­ческим словом ецеруш некое деятельное начало. С таким подхо­дом, когда энергию понимали как самостоятельную сущность, связано представление о ней, уводящее от действительной при­роды энергии и ее роли в естествознании.

Современное употребление термина энергия связывают с именем В. Томсона (лорда Кельвина), который в классической работе "Динамическая теория теплоты" (1860 г.) привел развер­нутое определение энергии [44, с.86]: "Под энергией материаль­ной системы в определенном состоянии мы понимаем измерен­ную в механических единицах работы сумму всех действий, ко­торые производятся вне системы, когда она переходит из этого состояния любым способом в произвольное нулевое состояние". Так, энергия и ее механический эквивалент "работа" постепенно завоевывали все новые области естествознания.

Мимо понятия энергии не могла пройти и философская мысль. Объективный идеалист Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831) связал движение с материей, причем связь эта ока­залась неразрывной и очень правильной [180, с.74]: "Точно так же как нет движения без материи, так не существует материи без движения". Связь материи и движения получила полное призна­ние у классиков материализма. Подтверждением этого являет­ся известное высказывание В.И. Ленина [95, с.162]: "В мире нет ничего, кроме движущейся материи, и движущаяся материя не может двигаться иначе, как в пространстве и во времени".

Из истории классической физики известна дискуссия о двух мерах движения (см. § 4.6). Декарт предложил измерять движе­ние произведением массы на скорость (mv), а Лейбниц настаи­вал на использовании величины (mv¹), символизирующей энер­гию. Уже из сути этой дискуссии следует, что энергия, незави­симо от импульса, является мерой движения. И это было ус­тановлено внутри классической физики еще до появления диа­лектического материализма.

Диалектический материализм не возник вдруг, на пустом мес­те, он неразрывно связан со всем предшествующим знанием, впитал в себя все то лучшее, что выработала до него передовая научная мысль. К представлению о движении и его мере следует лишь добавить, что для осуществления движения необходимо иметь то самое нечто, которое бы двигалось. Этим самым нечто и является материя в физическом ее понимании, расчлененном на три состояния: вакуумное, вещественное и полевое. При этом вакуумное состояние материи, судя по объему этого состояния, является основным состоянием.

«Физика материи» наследует тенденцию использования, по возможности, передовых достижений человеческого разума, отыс­кания реальных закономерностей в самой природе. В данном случае здравый смысл подсказывает, что представление об энер­гии как мере движения материи в данный период исследова­ний является единственно верным. Энергии как сущности в при­роде не существует. И только для удобства мы можем позволять себе употреблять слово энергия в смысле сущности, обозначаю­щей энергетический поток материи, или энергетическое воздей­ствие материи.

Благодаря неразрывной связи материи и движения, когда движение является свойством (атрибутом) материи, логически закономерным является существование подобной связи между материей и энергией. Пэтому совершенно закономерным выгля­дит положение: без материи не бывает энергии. Очевидно, пол­ное право на существование имеет также обратное утверждение: энергии без материи не бывает.

При всем преимуществе рассмотрения научных проблем ес­тествознания с позиций диалектического материализма рецеди- вы идеализма выглядят как проявление невежества, Тем не ме­нее в нашем "просвещенном" XXI в такие рецедивы не толь­ко существуют, но являются направленными проявлениями по- политики буржуазных правительств. Об этом приходится писать не только для демонстрации закона взаимной связи и обуслов­ленности явлений (в данном случае связи социологии и естест­вознания), но и потому, что идеологи буржуазии, руководствуясь метафизическими установками, наносят непоправимый вред раз­витию земной цивилизации.

Вред этот глобальный и связан он с неизбежным потепле­нием климата Земли, обусловленным ростом массы земного ша­ра. Признать рост массы Земли идеологи буржуазии не хотят. Для них - это выдумки материалистов! И вместо необходимых мероприятий для борьбы с "потеплением климата" предлагают абсолютно бесполезную идею - меньше нагревать атмосферу, за­трачивая на это мероприятие огромные материальные средства, и ресурсы человечества, обрекая его при этом, можно сказать, на неизбежную гибель.

Такая позиция идеалистов-метафизиков соответствует нра­вам и взглядам идеологов капитализма, преисполненных живот­ной ненавистью к материализму и марксизму. Проявление такой ненвисти зафиксировано в трактате известного философа-идеа­листа епископа Дж. Беркли, предлагавшего сделать заведомо не­возможное - удалить материю из природы [95, с.46]: "Материя, раз она будет изгнана из природы, уносит столько скептических и безбожных построений, ... которые были бельмом в глазу для теологов и философов.". Изгонять материю из природы епископу понадобилось для того, чтобы лишить материалистов основы для безбожных и вредных (с точки зрения Дж. Беркли) мировоззрен­ческих представлений.

Публикация трактата Дж. Беркли состоялась в 1710 г. Нель­зя сказать, что с тех пор земная цивилизация сильно измени­лась в лучшую сторону. Нападки на материализм не прекрати- тились и через двести лет. В 1909 г. В.И. Ленин [95, с.330] пи- писал: " И вражда к материализму, тучи клевет на материалис­тов, - все это в цивилизованной и демократической Европе по­рядок дня. Все это продолжается до сих пор". И не может не не продолжаться в силу объективных причин: уж очень вредна материя для идеалистов.

Подтверждений нападок на материализм множество. Они про­являются и на малых, и на больших промежутках времени. Еще через сто лет, уже в 2009 г., сторонники материализма не без сожаления констатировали слова [180, с.70]: "Наука XX в. про­питана мистицизмом и этого, похоже, уже не стыдятся. Да он и уснул, этот век, с Гарри Поттером под подушкой". Метко ска­зано. Мистицизм, как известно, не в ладах с материализмом и одного упоминания Гарри Поттера на фоне мистицизма, насаж­даемого в обществе правящей олигархической верхушкой, впол­не достаточно для понимания ситуации, сложившейся в науке начала XXI в.

У буржуазных правителей (не только в Европе) противостоя­ние с материализмом, "изгнание материи из природы" превра­тилось в повседневную жестокую борьбу за существование. Сла­бость аргументов сторонников идеализма заставляет их исполь­зовать в борьбе против материализма неприкрытую ложь и фи- физическое насилие, взятое на вооружение националистами - ду­ховными наследниками нацизма и фашизма. Подтверждением то­му является эпизод разрушения памятника В.И. Ленину, распо­ложенного в центре г. Киева.

Невежество и вандализм - неотъемлемая черта национализ­ма и фашизма, проявившаяся в акции нападения на памятник. Группа фашиствующих варваров - украинских националистов - в ночь на 30 июня 2009 г. ударами кувалды исковеркали гранит­ную статую, оправдывая свои действия указом президента Укра­ины В.А Ющенко о ликвидации символов советской эпохи.